Многие жители домов, расположенных на набережных Москвы реки, да и многие прохожие стали свидетелями необычного для нашего города действия, развернувшегося на центральном бьефе в субботнее утро 21 мая. Три десятка надувных лодок  разных размеров и разных марок, красиво глиссируя, летели вдоль его бетонных берегов. Это не были спортивные болиды, или какие-то промышленные суда, это были обычные прогулочные лодки, и управляли ими их владельцы, решившие таким образом отметить начало летнего водного сезона.

Честно сказать, такое мероприятие или, скорее событие, оказалось нетипично для Москвы реки, и, тем более, для центра столицы. Практически весь навигационный период ее воды видят только степенные прогулочные суда, большие частные яхты и суда промышленного назначения. Все они относятся к регистровому речному флоту, и именно поэтому появление такого количества маломерок с одной стороны, стало полной неожиданностью и для обычных прохожих, и для капитанов судов, и для органов, регулирующих речное судоходство, а с другой, внесло хоть какое-то феерическое разнообразие в скучный  московский речной мир.

С набережных и с проходивших рядом судов люди радостно махали руками, приветствуя участников действа, подбадривали их восторженными криками. Многие наблюдали за происходящим с любопытством и интересом, пытаясь разгадать скрытый смысл появления лодок, и только счастливые и улыбающиеся лица рулевых и пассажиров, среди которых достаточная часть были дети, показывали, что это обычное развлекательное событие, а не плановая акция какой-либо коварной политической силы.

Начав движение почти от Перервинского гидроузла, лодки бодрым ходом пролетели через весь Московский бьеф с востока на запад, и остановились перед Карамышевской плотиной. Экипажи, пришедшие первыми, и поджидавшие отставших товарищей, уже было собрались отдохнуть на берегу и перекусить, как в буквальном смысле, были накрыты сильнейшим ливнем, который начался так неожиданно, что многие даже не успели поставить тенты, и делали это уже под дождем. Ливень был сильным и коротким. Через пять минут снова вовсю светило солнце, согревая и просушивая насквозь промокших, но счастливых участников.

Мокрый берег теперь уже не располагал к расслабленному отдыху, и марафонцы, быстро собрав вещи, и, по возможности, переодевшись в сухое, двинулись в обратный путь. Вот тут-то и произошло событие, которое сильно изменило планы экипажей, и внесло нерадостный элемент в ход пробега – все участники, без объяснения причин, были задержаны водной полицией. Потом, как оказалось, это сотрудники ГИМС посчитали, что нужно провести профилактическую беседу, раз в один день и в одном месте собралось такое количество лодок. После строгих наставлений о порядке движения на реке, отпущенные на свободу и даже не очень расстроенные марафонцы, двинулись в обратный путь. Возвращались  не спеша, кто-то группами, а кто-то по одиночке, кто-то сразу к месту старта, а кто-то разнообразил обратный путь осмотром достопримечательностей затонов и каналов. Их виды того стоили.

По правде сказать, каждый уважающий себя лодочник, просто обязан совершить подобный вояж. Вид Москвы с воды, из небольшой надувной лодки, сильно отличается от вида с палубы теплохода, не говоря уже о виде с набережной. Да и есть на реке такие места, в которые без маленького катера или надувнушки под собственным управлением, не попасть никогда и не увидеть их красот.

На своем московском протяжении с запада на восток, река многократно меняется. В своем начале она просто тихая приветливая речушка, прячущаяся в парковых зарослях, потом, она входит в бетонные берега, среди тесноты которых непрерывно и суетливо выполняют свою работу различные суда, и уже в конце, перед плотиной, готовясь крутить электрические турбины, разливается вширь на многие сотни метров.

Путь же маломерной эскадры начался с другой стороны, оттуда, где река вытекает из города, оттуда, где наиболее удобно можно было спустить лодки на воду. Оттуда и начнется рассказ об увиденным.
В начале пути марафонцев встретили многочисленные промышленные постройки. На левом берегу расположился Московский судостроительный завод. Стояли корпуса достраиваемых теплоходов и ремонтируемых супер яхт, а по правому - были раскиданы портальные краны Южного порта. Вдоль берегов стояла масса судов различного назначения, которое порой было даже трудно определить. Большое количество барж с песком ждала своей очереди разгрузки или, наоборот - пустые ждали погрузки, а в затонах порта сновали маленькие кораблики, напоминавшие шустрых муравьев, тащивших каждый свою соломинку. Это была рабочая часть реки, и одета она была в рабочий комбинезон, сапоги и каску.

Буквально через несколько километров картина начала меняться. Река с трудом, но все же уместилась в бетонные одежды берегов. Промышленность на них стала уступать место жилым кварталам, но не охотно, местами стараясь напомнить о себе корпусами старых фабрик, свечами дымовых труб и детским конструктором электрических опор. Но спальные кварталы упрямо отвоевывали себе все большее пространство, выходя навстречу нашему маломерному флоту. Слева его встретили умытые типовые корпуса Нагатино, а справа Южный речной вокзал. Потом, за Нагатинским мостом на авансцену набережной вышли дома Хрущево-Сталинской застройки. Слева Москва переоделась в пижамы, халаты, и детские ползунки, а справа, все еще продолжая ходить в комбинезонах,  уже начала примерять трудовую повседневку.

Марафонцы, влекомые вперед азартом, оставили позади еще несколько километров и оказались в суетливой части реки, зажатой между Даниловской, Павелецкой, Дербеневской набережными слева, и Крутицкой - справа. Река наполнилась судами. В основном это были прогулочные, и переделанные под них круизные и промышленные, но были и чистильщики, и буксиры, и небольшие частные катера. Картина застройки на берегах сменилась.

Теперь это были здания первой половины двадцатого века, реже девятнадцатого. Попадались островки новоделов имени Лужкова. Они сильно контрастировали с основной застройкой, но все же выполняли свою роль, показывая обновленную Москву и придавая ей деловой вид.

Слева красовался узорами чугуна и стекла Музыкальный театр, за ним возвышался Деловой Московский центр, пугая  соседние здания своим вычурным сходством с пожарной каланчей, а справа приветствовал всех своими золотыми куполами Новоспасский монастырь. Москва была одета в разное, тут были и деловые костюмы, и дорожные одежды туристов и просто приезжих, и городские прикиды тинэйджеров, и безликая униформа гастарбайтеров.

Казалось, что река, уже дважды сменившая имидж, больше не будет удивлять марафонцев своими переменами, но тут колонна вылетела на центральную часть бьефа, и очутилась между двух набережных, виды которых легко узнаваемы даже некоторой частью населения Парагвая. Моментально вскинутые фотоаппараты, зазвучали длинными очередями съемок, по нескольку раз фиксируя каждое движение на берегах. Вокруг было тихо и чопорно.

Справа, на Москворецкой набережной, поглощая все береговое пространство, непобедимой громадой стоял Московский Кремль. Немногочисленные группы туристов, привлеченные стрекотанием лодочных моторов, но будучи не в силах повернуться затылками к легендарным стенам, лишь косили глаза на реку, хоть как-то стараясь удовлетворить свое любопытство. С левого берега, немного издалека, из-за спин, согнувшихся в поклоне зданий, выглядывал любопытный «Балчуг», а чуть дальше, уже за Большим Каменным мостом, на Берсеневской, красуясь театром Эстрады, смело стоял знаменитый «Дом на набережной». Одевшись в безупречно выглаженные синие костюмы,  Москва строго смотрела на проплывающих.

Пройдя какую-то часть Москвы реки парадной колонной в «равнении направо»,  поклонившись Храму Христа Спасителя, и наложив на себя крестное знамение на траверзе с головой Петра и телом Колумба, марафонцы  выскочили на самую привлекательную ее часть.

С левой стороны открылись, уходящие в небо зелеными облаками,  парк искусств «Музеон», «Центральный парк культуры и отдыха»,  «Нескучный сад» и заказник «Воробьевы горы» а справа, уравновешивая растительное буйство, протянулась опрятная Фрунзенская набережная, отмеченная зданием Министерства обороны, а чуть дальше, за Метромостом, напоминая советское прошлое, возвышался олимпийски комплекс «Лужники».

На протяжении всего этого великолепья, у бетонных берегов грелись небедные и, гротескно украшенные иноземными нарядами, плавучие рестораны, а акватория реки бурлила от винтов прогулочных судов, пытавшихся развлечь многочисленных туристов.

Стоял жаркий майский день, берега  уже готовились дать залп салюта белым тополиным пухом, а Москва, сняв пиджаки, ослабив галстуки, и закатав рукава сорочек, приветливо улыбаясь, махала проплывающим судам.

Насладившись победой зелени, группа лодочников опять оказалась в деловой части Москвы, но уже в западной ее части. С двух сторон ее окружали офисные здания Бережковской и Саввинской набережных. Слева, анонсируя связку архитектурных комплексов гостинницы «Редиссон Славянская» и Киевского вокзала, возвышались флагштоки площади Европы, а справа  украшали берега здания-близнецы гостиниц «Золотое кольцо» и «Прага», чуть выше и вдалеке, памятником Сталину, стояло здание МИДа.

Впереди, за поворотом, после гостиницы « Редиссон-Украина» и Дома Правительства России на Краснопресненской набережной, марафонцев ждала новая, еще не достроенная, но уже пахнущая фастфудом, одетая в деловые костюмы и, совсем иностранная, Москва.

Здания Москвы-Сити впечатлили. С воды они казались величественными и даже красивыми. Сначала вспомнился Вилли Токарев: «Небоскребы, небоскребы, а я маленький такой…», - а потом в памяти всплыли фамилии: Полонский, Фридман, Греф…

Но, завораживающая монументальность и уверенная подавляющая красота вновь отвлекли внимание, и здания опять заиграли множеством бликов на сверкающем солнце. Фотоаппарат, напрягая все линзы объектива, постарался выжать из окружающей действительности все возможное и даже придать ему хоть немного художественности. Честно сказать, комплекс Москва-Сити просто поглотил все окружающие виды, и оставил в воспоминаниях только свой образ.

Но река все еще не переставала удивлять своей изменчивостью. Только что, поразив всех марафонцев уходящими в небо стеклом и бетоном, она тут же открылась зелеными, не закованными в бетон берегами. Исчезли набережные, а вместе с ними и дома, и какие либо постройки.

Деревья спустились по низким берегам к самой реке, и купали свои корни в ее водах. Исчезли городские шумы и звуки. Воздух окутывал влагой и запахами зелени. Вода из металлического цвета перешла в темно-зеленый.

Все окружающее наполнилось загадочностью и тайной. Лодочная братия чувствовала себя пионерами, покоряющими один из притоков Амазонки. Больше всех восторга было у детей. Так и прошли до западной оконечности бьефа, прикрываемые нависшими над водой деревьями, и провожаемые взглядами Москвы, одетой в фетровые шляпы, резиновые сапоги, и с удочкой в руках.

Отдохнув, промокнув, и получив наставления, веселые и счастливые марафонцы отправились в обратный путь. Все те же берега встречали их, но встречали по-другому, с другими чувствами, и другими открытиями.

Реку Москвы можно описывать бесконечно, но хорошо то, что хорошо кончается. Окончился и весенний марафон по Москве реке, оканчивается и рассказ о нем. Мы рады, что его участники получили удовольствие, обогатились новыми впечатлениями, получили дополнительный заряд бодрости, сплотили существующую дружбу и обрели новых друзей.

От имени всех членов клуба мы благодарим участников, нашедших силы и время пройти под нашими флагами, хотя формально клуб и не участвовал в подготовке марафона. Мы особенно благодарим тех, кто не испугался и прошел дистанцию в 90 километров под пятисильными моторами. Обязательно поощрим их  какими-нибудь подарками.

Мы так же рады тому, что новые мероприятия рождаются на страницах форума, выходят в жизнь, приживаются и становятся традиционными. Надеемся, что и Московский марафон приживется, и будет привлекать не только москвичей.

До встречи на воде.

Статья подготовлена Агентством "Диалоги -PR"